| Красная Лиза |
 |
|
 |
Год 2038 принёс жителям Земли несказанную радость. На Луне обнаружили голубую нефть. Началось массовое отсасывание этого внеземного ископаемого. |
|
Через два года это привело к катастрофе. Луна раскололась на три куска, один из которых сошёл с орбиты. |
 |
Приняв необходимое ускорение, этот посланник небес вошёл в плотные слои атмосферы и накрыл штат Колорадо. С этого момента Североамериканский континент перестал существовать. |
 |
Единственное что осталось от светоча демократии и справедливости — это статуя свободы, которую взрывной волной отбросило на территорию русской Чукотки. |
 |
Три года на земле бушевали бури и ураганы — последствия падения лунного осколка. Свирепствовали никому неведомые эпидемии. Но и в этих условиях многим людям удалось выжить. |
 |
Чтобы было сподручнее бороться с невзгодами, уцелевшие жители Земли собирались в стаи. Сотни воинственных племён и кланов бродили по израненной планете и воевали друг с другом, ежедневно доказывая дарвиновскую теорию естественного отбора. |
 |
В одном из таких племён у замечательной и, наверное, очень доброй женщины родилась девочка. Мать назвала дочку Лизой и тут же умерла от переизбытка эмоций. |
 |
И стала наша Лиза дочерью полка, то есть племени. Воспитывали её все, а значит никто. Поэтому, то, что из девочки получилось, то и получилось. |
 |
Когда Лизе исполнилось пять лет, она на развалинах пивбара нашла с десяток дротиков от дартса. |
 |
Метать дротики она училась на крысах, которые в изобилие шныряли по заброшенным коллекторам. И если ей вдруг удавалось убить одну их этих тварей, Лиза тут же крысу сжирала, пока кровь была тёплая и не свернулась. Таким нехитрым способом она решала для себя проблему с пищей. |
 |
В двенадцать лет Лиза мастерски владела луком и стрелами. Со ста метров била летучую мышь в глаз. Снабжала родное племя продовольствием: крысятиной, кошатиной, собачатиной, добывая всё это в окрестных парках и лесах. |
 |
Одноглазый Сысой, вождь племени «Кровавые серпы», к которому принадлежала Лиза, бывало её нахваливал:
– Ловкая, падла! Не чета своим ровесницам.
И чесал в задумчивости костылём у себя в затылке, оценивая одним глазом сваленные у его ног убитые туши. |
 |
Когда Лизе исполнилось восемнадцать одноглазый Сысой больше не чесал у себя в затылке костылём. В вожделении он грыз свой замшелый костыль, подглядывая из кустов за тем, как Лиза купалась в водопаде.
– Ловкая, падла! – вздыхал Сысой. – Не чета своим ровесницам. |
 |
А девка и действительно расцвела. К своим годам она стала штатным следопытом племени. Владела всеми видами оружия. Но предпочтение отдавала двуручному мечу.
– Кладенец, – называла она его ласково и трепетно сжимала в руках рукоятку. |
 |
Дни и ночи Лиза проводила в походах и разведках. Она искала новые места, где племя могло бы жить ещё лучше, ещё веселее, ещё сытнее. |
 |
Однажды Лиза нашла замечательную стоянку для своего племени. Заброшенный армейский склад с тушёнкой. Рядом река, лес. Рай. |
 |
В радужных мечтах Лиза представила, как одноглазый Сысой за этот очередной подвиг награждает её именной кольчугой в виде бикини. |
 |
Все воины племени наверняка обслюнявились бы от её соблазнительного вида. И возможно натёрли бы не одну мозоль на ладонях, придаваясь в своих мечтах неудержимому сексуальному разгулу. |
 |
Не тут то было. Претендентов на заповедное место оказалось двое. На склад с тушёнкой, кроме Лизы, набрёл ещё один вольный стрелок. Его угрожающий вид среди ящиков с тушёнкой заставил Лизу вернуться к действительности. |
 |
– Пшла вон с моей территории, – интеллигентно попросил незнакомец. В руках он держал внушительную палицу.
– Здесь будет пастись мой клан, – подытожил незнакомец и швырнул в Лизу своё оружие. |
 |
Незнакомец оказался не столь ловок и искусен. Причиной тому было постоянное недоедание, с которым он жил последние годы. Поэтому вскоре незнакомец был повержен, и Лиза, подобно прекрасному ангелу смерти, попирала его грудь ногой и щекотала остриём своего меча его кадык. |
 |
Но кровавой развязки не произошло. Их милую беседу внезапно прервали. Толпа оборванцев окружила поле битвы. |
 |
Совершенно бесноватые полу-люди полу-звери в обрывках когда-то форменной одежды российской армии неумолимо сжимали кольцо вокруг Лизы и незнакомца. |
 |
Лица бесноватых были искажены злобой, зловонные рты брызгали пеной. |
 |
Бесноватые подвесили Лизу и незнакомца к жердям и, словно забитых на охоте кабанов, поволокли в своё логово. |
 |
Банда «отмороженного полковника», а это была именно она, квартировала в развалинах церкви. |
 |
Предводитель банды, бывший полковник российской армии по фамилии Тухлый, любил помузицировать. Его отморозки в своё время где-то откопали концертный рояль. И теперь Тухлый наяривал на нём бравурный марш, а взвод придурков ходил мимо него туда-сюда парадным строем. |
 |
Когда Тухлый увидел Лизу его скрючило. Ничего подобного он не видел в своей никчёмной жизни. |
 |
Он представил, Лизу в свадебной кольчуге, себя в парадных обносках, стоящих у алтаря. |
 |
Когда видение рассеялось Тухлый объявил по гарнизону, что немедленно, а именно завтра на рассвете женится на прекрасной пленнице. |
 |
В ожидании церемонии пленников заперли в церковном подвале среди гробов и деревянных крестов. Тут они и познакомились. |
 |
Незнакомец оказался оружейником племени «разнузданного коммунизма» Михеем, мастером на все руки и вовсе не глупым чудаком. Он тут же придумал план спасения, который Лиза одобрила. |
 |
Михей разговорил охранника и предложил за чисто символическую плату устроить для него стриптиз с участием Лизы.
– Голую бабу я с рождения не видел, – пожаловался бесноватый охранник. – За пару банок тушёнки я бы одним глазком глянул. |
 |
Лиза обнажалась талантливо. Кольчуги, ремешки и прочие аксессуары Лиза снимала воодушевлённо, с огоньком. |
 |
Бесноватый потел и трясся мелкой дрожью, глядя на диковинное зрелище. В экстазе он даже прикусил кончик языка, чего собственно и не заметил. |
 |
Он не заметил, как Михей оказался позади него. Он не заметил, как тяжёлый могильный крест из морёного дуба тюкнул ему в темечко. |
 |
Так и остался он лежать на земляном полу церковного подвала с высунутым языком и образом голой Лизы в остекленевших зрачках. Прекрасная смерть. Достойная воина. |
 |
Лиза же, прежде чем бежать с Михеем, выкрала свой меч-кладенец из оружейки «отмороженного полковника». Эту святыню она никак не могла оставить на поругание врагам.
Как только меч оказался у неё в руках, Лиза затрепетала и прильнула к его прохладной древней стали своими пухлыми губками. Михей прослезился. |
 |
Когда полковник Тухлый узнал о побеге своей невесты, он бесновался куда сильнее, чем это принято у него в вооружённом формировании. |
 |
С дедовской шашкой наперевес он носился по своей резиденции и рубил налево и направо. Руки и ноги его подданных летели во все стороны. |
 |
Следующим утром десятки мобильных групп под предводительством самых бесноватейших из бесноватых разбрелись во все стороны света на поиски бежавшей невесты. |
 |
Хрен им в дышло! Лиза с Михеем были уже далеко. Через три дня они предстали пред светлым оком одноглазого Сысоя. И Лиза делилась впечатлениями о пережитом. |
 |
Сысой слыхал об «отмороженном полковнике» Тухлом. После рассказа Лизы он погрузился в глубокое раздумье. Сысой знал, что банда Тухлого – самая кровавая банда Европейской равнины. А это значит, надо готовится к очередной войне. |
 |
И в племени «Кровавые серпы» была объявлена поголовная мобилизация. Вооружались все от мала до велика. Слава Богу, в оружии недостатка не было. Кровавые серповцы любили оружие, боготворили его и относились к нему, как к разумному организму. |
 |
Михей, как мог, помогал своим новым друзьям. Мастерил арбалеты, починял автоматическое оружие всевозможных марок от «калашей» до шестиствольных пулемётов, ковал ятаганы и наконечники для стрел. |
 |
– Почему ты не возвращаешься в своё племя? – спросила его как-то Лиза, когда Михей пристреливал арбалет. |
 |
И Михей признался. Из племени его выгнали с позором и пожизненной формулировкой: «Придурок, невосприимчивый к идеям разнузданного коммунизма». Пообещали, если поймают в зоне влияния племени, оторвут все причинные места и скормят их бобрам. |
 |
Одноглазый Сысой разрешил Михею обосноваться в «кровавых серпах» навсегда. Определил к Лизе в подручные и пожелал успехов на поприще её соблазнения. В этот момент лицо Сысоя искажала недвусмысленная улыбка. |
 |
Два раза Михею повторять было не нужно. Побрившись перед осколком зеркала ятаганом, почистив свой походный и единственный гардероб, Михей направился кадриться к Лизе. |
 |
В это время Лиза парилась в бане. Неистово хлестала себя березовым веником и стонала от удовольствия. |
 |
Михей, воодушевлённый одноглазым Сысоем, вошёл в парилку без стука. В руках он держал букет полевых цветов, который от стоящего в парилке жара тут же завял. |
 |
Потом Михей часто вспоминал за шкаликом самогона о том, что произошло дальше. Смаковал детали и подробности. |
 |
Лиза в тот момент была прекрасна. Лепестки берёзового веника эротично прилипли к её юной груди и стройным бёдрам. |
 |
Это последнее, что помнил Михей. Далее свист, рассекающего воздух меча, острая боль в паху, кровавая пелена в глазах. |
 |
Много позже, Михей сварганил себе протез, абсолютно неотличимый от оригинала. И даже в последствии женился, но не на Лизе. А на Лизу он, всё равно, никогда не обижался. И считал её идеалом. |
 |
А Лиза поклялась на своём мече, пока все враги не будут изрублены в труху, она никому своё сердце не отдаст.
И небеса это услышали. И молния средь ясного неба была этому подтверждением. |
